Багратион П. И.

bagrationgerb_alexander1ru
 
Багратион Пётр Иванович (1765-1812) — генерал от инфантерии, шеф лейб-гвардии Егерского полка, главнокомандующий 2-й Западной армией в начале Отечественной войны 1812 года. Смертельно ранен в сражении при Бородино.

Князь Багратион - графу Ростопчину (собственноручно)

Дубровин Н.Ф. Отечественная война в письмах современников (1812-1815 гг.), СПб, 1882 г.

Князь Багратион - графу Ростопчину.

/ с. 95 - 98 /

14-го августа 1812 г. Дер. Лушки, 36 верст oт Вязьмы.

Без хвастовства скажу вам, что я дрался лихо и славно. Господина Наполеона не токмо не пустил, но ужасно откатал.
Я обязан много генералу Раевскому; он командовал корпусом, дрался храбро и все oтменнo учредил; дивизия новая 27-я Неверовского так храбро дралась, что и не слыхано. Но п..., м..., т..., Барклай отдал даром преславную позицию. Я просил его лично и писал весьма серьезно, чтобы не отступать, но я лишь пошел к Дорогобужу, как (и он) за мною тащится. Посылаю для собственного вашего сведения копию, что я министру писал; клянусь вам, что Наполеон был в мешке, но он (Барклай) никак не соглашается на мои предложения и все то делает, что полезно неприятелю. Истинно вам скажу, что мы бы Наполеона осрамили, если бы министр держался. Меня послал в Дорогобуж для того, чтобы самому бежaть. Неприятель потерял верных 20 т., а наша потеря в три дня около 4 т. и двух генералов мы лишились: Скалона и Балка1. Mнe кажется, неприятель далее не потянется — устал точно и наши усердно их бьют. Против меня даже бросали ружья и все с себя кидали, кричали пардон. Божусь вам Богом, что три полка нашей кавалерии и три полка казаков опрокинут 60 эскадронов и самого Мюрата. Беда мне с министром! Ежели бы я один командовал обеими армиями, пусть меня разстреляют, если я его в пух не расчешу. Bcе пленные говорят, что он только и говорит: мне, побить Багратиона, тогда Барклая руками заберу. Я писал Государю, чтобы одному быть начальником, oтвет получил собственно-ручный, весьма лестное для меня письмо, но видно угодно ему, чтобы Барклай командовал. Советую вам готовить ополчение.
Я не надеюсь на Барклая, он их (Французов) притащит точно к вам. Слух носится, что канцлера потребовали в Петербург и что думают наши как бы помириться. Чего доброго от Румянцева и Аракчеева все статься может. Боже сохрани! Тогда надо всякому офицеру снять мундир. Город Смоленск очень пострадал от канонады и пушек, дома сожжены, равно оба форштадта. Публику не пугайте, исподволь готовтесь укомплектовать нас. Мое несчастие то, что в моей армии не болеe как 35 т. Я просил министра, чтобы дал мне один корпус, тогда бы без него я пошел наступать, но не дает; смекнул, что я их разобью и прежде буду фельдмаршал. Войск не дает, сам назад бежит, просто в пагубу вводит. На меня прошу не сердиться; если бы моя воля и власть, я бы давно их прогнал обратно; у меня руки связаны; всегда предлагаю наступать, но он отступает. Я вам писал, что умрем у стен отечества и сдержу слово, но если от меня зависеть будет - иначе я ничего сделать не могу и ничто иное как исполнитель. Я хотя и cтapеe министра и по настоящей cлуж6е и должен командовать, о сем просила и вся армия, но на cиe нет воли Государя и я не могу без особенного повеления на то приступить. Но мне кажется, что неприятель не пойдет за нами - остановится, а притом cию минуту мои лазутчики донесли, что урон его велик, как (Наполеон) до крайности взбешен на фельдмаршала Нея, который уверил его, что в Смоленске нас мало. 4-го числа правда мало и было, но через несколько часов мы прибежали, а если бы знал Наполеон, что мы там, никак бы на пролом не пошел и маневры повел бы. Потом также лазутчики мои донесли, что он дал прокламации полякам: «я де сделал для вас то, чего вы желали и даже перешел Днепр, теперь ваше дело организовать край, а я вам оставлю хороших начальников, ибо обстоятельства мои требуют ехать мне лично». Boт его прокламация. Дай Бог, чтобы была правда. Я послал достать во что бы то ни стало.
Ежели он точно дал такую прокламацию, oн точно так сделал как в Гишпании, уехал из Мадрида и уж не поехал. Извините, что так дурно пишу, истинно не помню когда бы имел минуту отдыха и с досады и стыда умираю, но что же мне делать! Все русские согрешат перед Богом и предо мною, если будут меня винить.

В сию минуту подал мне письмо ваше ваш курьер и весьма обрадовал. Я знаю, что вы русский, дай Бог чтобы выгнали чухонцев, тогда я вам докажу, что я верный слуга отечеству. Благодарю вас за предложение денег, в них нужды не имеем, а касательно больных офицеров, довольно раненых, но и их уже отправил. Истинно лихо дерутся, но беда Барклай все потеряет и советую готовиться. Смоленская губерния весьма хорошо показывает патриотизм; мужики здешние бьют французов как свиней, где только попадаются в малых командах. Ратников собралось теперь в Вязьме до 8 т. пеших и 1,500 конницы и страх как злы на неприятеля, для того что церкви грабит и деревни жгет. Постарайтесь ризницы богатыя вывозить ради Бога и образа богатые, чтобы им не достались. Признаюсь, читая сию минуту ваше письмо обливаюсь слезами от благородности духа и чести вашей.

Истинно так и надо: лучше предать огню нежели неприятелю. Ради Бога надо разозлить чернь, что грабят церкви и женский пол насильничают; это надо разсказать мужикам.

Вообразите какая досада: я просил убедительно министра, чтоб нам дневать здесь, дабы отдохнуть людям, он и дал слово, а сию минуту прислал сказать, что Платов отступает и его армия тотчас выступает к Вязьме. Я вас уверяю, что приведет Барклай к вам неприятеля через шесть дней - верно. Уверяю вас и за то, что Милорадович не успеет соединиться с нами в Вязьме, ибо повеление к нему вчерась только послано. Ему надобно сделать семь маршей, а мы завтра в Вязьме, а неприятель за нами один марш. Признаюсь, я думаю, что брошу Барклая и приеду к вам; я лучше с ополчением московским пойду. Прощайте, вам преданный сердцем и душою Багратион.

P.S. От Государя ни слова не имеем, нас совсем бросил. Барклай говорит, что Государь ему запретил давать решительные сражения и все убегает. По моему, видно Государю угодно, чтобы вся Россия была занята неприятелем. Я же думаю (что) русский и природный царь должен наступательный быть, а не оборонительный - мне так кажется. Простите что худо писано и во многих местах замарано, спешил (и засыпаю) от усталости.

1 - 5(17) августа 1812 года генерал-майор Михаил Дмитриевич Балк командовал отдельным кавалерийским отрядом в сражении при Полоцке, и, соответственно, к смоленскому сражению отношения не имел. Имеется ввиду погибший под Смоленском генерал-майор Адам Иванович Балла, командир егерской бригады 7-й пехотной дивизии.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *