31 июля (12 августа)

Михаил Казанцев

Смоленск: Маневры противоборствующих сторон до сражения 4-5 (16–17) августа 1812 г.

<<< К событиям 30 июля (11 августа)

Барклай получил донесение от Краснова, «что неприятель вчерашнего числа поутру оставил Поречье и потянулся назад».

Платову он предписал «подкреплять своим корпусом передовые наши разъезды», идущие вслед за врагом, «а остальной частью оного и отрядом, в Каспле расположенном», «стараться обходить левый фланг неприятельский».

Обо всем этом Барклай сообщил Багратиону, добавив: «прочие ж войска вверенной мне армии остаются в прежнем расположении, дабы в случае нужды мог я подкрепить не только передовые мои войска, но и армии в. с.»41.

Согласно донесению Краснова, в Поречье не было крупных сил врага, которые в дальнейшем могли двинуться в обход правого крыла русских армий. Причем противник вовсе покинул этот город еще «поутру» 30-го и «потянулся назад». И, совершенно понятно, Барклая тогда очень интересовала информация о нем.

Так, он порекомендовал Винцингероде отправить разъезды как можно далее к Витебску и на правый берег Двины.

И, конечно же, он желал получить известия от Платова, которому несколько позднее писал: «Прошу в.в. <...> стараться непременно узнать направление неприятельское…». Вместе с тем ему было предписано не «трогаться из нынешнего расположения» до повеления, «ибо неприятель, может статься, все свои силы стягивает к Рудни», и тогда его полки будут очень удалены от армии и не смогут поражать врага, там находящегося.

И только после получения достоверных сведений о противнике, Барклай намеревался сделать «нужные распоряжения к наступательным действиям».

К 1 августа Поречье занимали казачьи бригады Краснова 1-го и Иловайского 5-го, т.е. полки Краснова 1-го, Перекопский конно-татарский, Иловайского 5-го и Грекова 18-го, а также, судя по приказу Платова от 1.8, 1-й Тептярский полк, половина Атаманского и дивизион Донской конной арт. роты № 2.

Отметим также следующее. За движением главных сил 2-й армии к Смоленску, по-видимому, последовало бы и перемещение к востоку ее авангарда и форпостов. И Барклай 31-го написал Багратиону еще о том, что «хорошо бы было» сохранить положение передовой цепи его армии в соответствии с отношением князя № 469, т.е. на линии Семехи – Надва – Кузино – Ляды42.

Другие подробности содержатся в «Исходящем секретном журнале» Ермолова. Так, Шаховскому предписывалось отправить партии, чтобы узнать не отступают ли вражеские войска из Поречья «к стороне Рудни» или те, которые находятся против отряда генерала. Ему надлежало также дать знать «2-й армии чиновнику войска Донского, в Инкове расположенному, чтобы и он разведал, нет ли на стороне Рудни какой перемены».

Платову Ермолов передал благодарность главнокомандующего за распоряжение по наблюдению за отступающим неприятелем и сообщил его указания: «разведать» не пошел ли враг от Поречья к Рудне, «и куда большая часть сил его отклоняется, ибо есть известие, что» с 27 числа «он знатно усиливается в Рудне». «Не имеет ли намерения сосредоточить свои главные там силы и кратчайшим путем действовать на Смоленск?»

В последнем вопросе, в сущности, говорится о том, каким мог быть основной замысел противника. И, весьма вероятно, Барклай при принятии решений 1 августа склонялся именно к этому предположению.

Багратион 31-го написал военному министру, что для обеспечения его «будущих предприятий на Поречье» приказал казачьим форпостам и авангарду находиться до повеления около м. Семехи, уведомив об этом 30.7. А теперь он оставляет в Дебрице для подкрепления авангарда корпус Горчакова, а сам с главными силами будет «здесь целый день», но завтра утром они (7-й и 8-й корпуса) пойдут в Смоленск, где расположатся лагерем для защиты города и поддержки отряда Неверовского43.

Карпов 2-й доложил, что по приказу И.В. Васильчикова его полки располагаются не в Зарубенках, как 29-го, а в Смолянке.

12 августа (н.ст.) Наполеон приказал Старой гвардии выступить из Бабинович, куда она прибыла в тот день, на рассвете 13-го далее – к Расасне (см. схему «31 июля (12 августа)»).

СХЕМА 31 июля (12 августа)

За ней должны были последовать дивизии Мортье, т.е. Роге и Клапареда. А оставленной в Витебске дивизии Делаборда предписывалось начать движение по тому же пути в 4 часа утра.

Ней сообщил Бертье о том, что 2-я пехотная дивизия прошла через Любавичи на Расасну, куда прибудет завтра, а 1-я миновала город в 14-00, следуя в тот же пункт (по мнению Мюрата, 12-го они должны были пройти половину пути к нему).

О расположении вечером своих сил Ней писал следующее. 2-я и 3-я бригады 10-й пехотной дивизии будут в одном лье за Любавичами, по дороге к Лядам, 11-я дивизия – в половине лье позади, 25-я с резервной батареей и арт. парком – в Березине, позади Любавич.

9-я бригада легкой конницы, с батальоном 1-го Португальского полка, перейдет в Шалово, а 14-я, с ее арт. ротой и 5 батальонами (видимо, 1-й бригады 10-й дивизии) – в Елисеево.

13-го Ней намеревался дойти со своим корпусом до Днепра и навести между Хомино и Покельней мост на козлах или, если возможно, два.

Туда же, к Хомино Наполеон повелел направить 13-го корпуса Нансути и Монбрена, которые прибыли к Любавичам и Могильне. Коннице Груши надлежало маскировать движение всех войск к Днепру, а дивизии Пажоля (Себастиани) – оставаться с той же целью в Рудне до 14-го.

При этом Мюрат написал императору поздним вечером, что по результатам разведки, произведенной утром к Лешне, неприятель отступил там за Инково. И, согласно его донесениям, легкая кавалерия Нея (вместе с 1-й бригадой 10-й дивизии) занимала позиции по реке Березина от Елисеева до Дубровки тоже для наблюдения за противником.

Богарне ранним утром был в Велешковичах. Хотя повеление императора от 11 числа давало ему еще сутки, остановить на это время марш своих сил он, видимо, не мог. Во всяком случае, около 10-00 авангард его основной колонны прибыл к Лиозно, где еще находились войска и обозы уходившего корпуса Нея. Баварская конница, по журналу Флотова, была выдвинута на левый фланг. К вечеру прибыла 15-я пехотная дивизия (шедшая последней), а 13-я дивизия до конца дня прошла еще 2 лье на юг.

14-я дивизия могла быть тогда между Колышками и Лиозно, прикрывая, таким образом, 4-й корпус с северо-востока.

Даву доложил императору о присоединении дивизии Гюдена. Он также отдал приказ о выступлении своих сил, но, следует заметить, только ранним утром 13-го. Они должны были выдвинуться, согласно инструкциям Наполеона, до Расасны и Козян. Первым выступал 108-й полк, за ним – пехота Гюдена. Дивизии Компана и Валанса, переходя на левый берег, и Легион Вислы следовали по тому же пути. 108-й полк в итоге соединялся с другой бригадой 4-й дивизии, отправленной ранее в Расасну (где находились еще 1-я легкая кав. бригада и часть войск Груши). Туда же маршал намеревался перенести свою главную квартиру.

А в полночь он сообщил императору весьма важные новости о том, что, в полном соответствии с его приказами, 8-й армейский корпус прибыл в Сватовщицы, а 5-й – в Радионовку, и 13-го они двинутся к Романово.

Наконец, в этот день Бертье предписал Гюйону, оставив на правом берегу Двины 250 человек (в том числе 100 из его бригады), с остальными перейти реку и 13-го направиться во главе отряда в 500-600 сабель в район между Лиозно и Бабиновичами. Ему предписывалось 14-го и 15-го защитить коммуникации от нападений казаков, а также обеспечить там порядок в отношении отставших солдат и мародеров. Бертье указывал, что после ухода дивизии Себастиани из Рудни Гюйону следует находиться на пути оттуда в Витебск, прикрывая его и Бабиновичи. А после выполнения своей задачи он возвратится в Витебск.

К событиям 1 (13) августа  >>>

Примечания:

41 ВУА. Т. XVII. С. 166.

42 Там же, С. 165, 166.

43 ВУА. Т. XIV. С. 287.

   

Поделиться ссылкой: